Теперь о том, что мы предлагаем рынку по системе проверки материалов. Это достаточно сложная технически процедура и не все самостоятельно могут это сделать. У нас работает следующий механизм. Мы объединили несколько структур, способных качественно осуществлять необходимые нам проверки. Теперь любой производитель может передать нам образцы для проверки. На экспертизу мы отправляем образцы обезличенными. При факте нарушения мы включаем алгоритмы нашего проекта: воздействие на репутацию, воздействие через контрольный надзор над теми заводами, которые допускают такие нарушения. С 1 января 2018 года некоторые кабельные дистрибьюторы ужесточили проверки и теперь в ходе входного контроля будут проверяться материалы, участвующие в изготовлении того или иного кабеля. Наш проект будет закупать уже готовую продукцию, испытывать её по пожарным параметрам и, если кабель не соответствует нормативам, он будет отправлен на полную проверку, включая и экспертизу материалов. Теперь к нашему проекту «Кабель без опасности» мы подключаем уже производителей материалов.

— Мы видим серьезный пласт работы, проведённый проектом «Кабель безопасности» с момента его старта, в борьбе с некачественной продукцией. Однако, на рынке до сих пор есть кабельный фальсификат. Почему до сих пор заводы-изготовители производят фальсифицированную кабельную продукцию и есть дистрибьюторы, продающие такую продукцию?

— Мы осознаем всю ответственность за наши действия в рамках нашего проекта, за наши цели и планируемые результаты. Однако, мы не являемся, к сожалению, конечным арбитром в этой истории, мы пытаемся достичь целей методами общественного воздействия во взаимодействии с участниками рынка, контрольными надзорными органами, с органами власти — всеми теми, кто идет на контакт. Наш рынок регулируется государством, в первую очередь. Государственная машина — это очень мощная структура и раскачать ее крайне сложно и затратно по времени, приходится ждать. Поэтому отвечаю на этот вопрос очень просто — невозможно за столь короткий период исправить ситуацию, которая складывалась фактически больше 10-летия. Сломать стереотипы в головах у людей очень сложно. Мы столкнулись с тем, когда стартовали с проектом, что многие компании просто не умели делать качественный кабель, выяснилось, что очень много некомпетентных людей в этой отрасли работают. Кроме этого, многие думают узко и считают, что недобросовестные действия, окольные пути бизнеса, действительно экономически выгодны. Им гораздо проще на рынке продать некачественный продукт, особенно в условиях достаточно слабого уровня ответственности за нарушения со стороны государства — низкие штрафы, например. К сожалению, такие люди были, есть и будут в любой стране, с любым уровнем экономического развития. Другой вопрос: сколько их на рынке и как их число мы можем регулировать? Потому что, те последствия, которые возникают при применении некачественной продукции, просто катастрофические. Мы взаимодействуем с Министерством чрезвычайных ситуаций, отслеживаем статистику пожаров. Ежегодно, более трети всех пожаров в стране происходит в результате аварийного режима электросетей, больше 10 тысяч наших граждан погибают в этих пожарах. Нам удается привлекать внимание к этой проблеме. На итоговом заседании Государственной комиссии по противодействию незаконного оборота промышленной продукции, прошедшем 13 декабря 2017 года, наш вопрос был рассмотрен. И принято достаточно серьезные решения в этой части, мы фактически 2 года добивались этого внимания на таком уровне, на высшем государственном уровне. Проблема признана государством, приняты серьезные решения. Нам же нужно продолжать свою борьбу, отслеживать и поведение участников рынка, но и присматривать за ходом реализации государственных решений, и принимать в них непосредственное участие.

— Поделитесь результатами борьбы со злостными нарушителями, со злостными фальсификаторами, которых выявил проект «Кабель безопасности»?

— Мы ведем мониторинг рынка, осуществляем контрольные закупки, проводим экспертизу. Публикуем в открытом доступе все мониторинги, со всеми результатами может ознакомиться любой желающий на нашем сайте, на сайтах наших партнеров. В мониторингах мы называем нарушителей, виды нарушения. В результате, их недобросовестная деятельность становится обнародованной. Как только мы обратили внимание на нарушителя, у нас есть подтвержденные факты его нарушений, готовятся общественные требования к данной компании. Что такое общественные требования? Это фактически разъяснение норм законодательства, которые требуют от игроков рынка, от участников рынка принять меры в соответствии с Федеральным законом о техническом регулировании. Мы информируем о выявлении нарушений и призываем изъять продукцию с рынка, отрегулировать свое производство, иначе все факты нарушений будут переданы в надзорные органы. Такой механизм достаточно хорошо работает, многие компании, действительно, эти мероприятия проводят. На втором этапе мы, естественно, обращаемся в контрольно-надзорные органы. В нашем случае за исполнение Технического регламента таможенного союза 24 «О безопасности высоковольтного оборудования», под которое подпадает кабельная продукция, отвечают два органа — это Роспотребнадзор и Федеральное агентство по метрологии и техническому регулированию — Росстандарт.

Роспотребнадзор работает в большей степени с обращениями физических граждан. Мы на сегодняшний день предлагаем любому физическому лицу, приходящему в магазин, зайти к нам на сайт и взять просто пошаговые алгоритмы, инструкцию как ему защитить свои права, если возникли нарушения. С Росстандартом мы заключили соглашение и на основании тех нарушений, которые мы выявляем, начали формировать обращения, жалобы, на которые они реагируют, путём проведения и организации внеплановых проверок. В 2016 году мы этот алгоритм фактически с нуля выстроили, нам удалось за первое полугодие работы проекта ряд предприятий привлечь к ответственности. Если говорить про 2017 год, таких заводов у нас 12. Большинство из них по результатам проверок сумели устранить все те замечания, которые мы им предъявляли. В дальнейшем мы, естественно, следим за тем, как такая компания-производитель или дистрибьютор в дальнейшем ведёт себя на рынке. Есть и злостные нарушители, которые устраняют все ошибки только после 3 проверок Росстандарта — это завод «Кабель-Арсенал» из Московской области, завод «Северный кабель» из Дмитрова. Сейчас мы за ними наблюдаем.

Со всеми заводами-нарушителями стараемся максимально общаться, приглашаем на наше заседание координационного совета (это рабочий орган проекта), предлагаем помощь, уточняем об их намерениях, узнаем о причинах допущения нарушений. Стараемся организовать цивилизованный продуктивный диалог, включается тот самый метод саморегуляции, когда люди, действительно, осознают ошибку и зачастую приходят и говорят: «Да, мы понимаем, у нас вот здесь есть недостатки, мы готовы их устранить». Таких заводов у нас много. На сегодняшний день большинство из этих заводов характеризуются исключительно с положительной стороны. Есть, конечно, у нас заводы, которые, фактически выстраивают производство некачественной продукции в некую идеологию. Они считают, что их немного, это буквально единицы и они живут по особым правилам и общие правила и законы не для них. Но, тем не менее, и с ними идёт определённый диалог, идёт воздействие через контрольно-надзорные органы. В конце 2017 года было очень много нареканий в отношении Орловского кабельного завода. Этот завод был проверен, его продукция признана была некачественной и были выявлены нарушения, в том числе и в нормативной базе. На сегодняшний день этому заводу выдано 3 предписания от Росстандарта на приостановку реализации продукции, на устранение возможных последствий этого применения и на программы устранения тех замечаний, которые выявлены. В первом полугодии 2018 года запланирована его повторная проверка с отбором образцов. Мы видим, что ряд предприятий сейчас пытаются в условиях сокращения заказов менять производственные настройки в сторону нарушений. Но, мы будем очень оперативно и быстро на эти вещи реагировать, я думаю, что это не должно стать общим моментом, прежде всего. Если говорить про приостановку деятельности таких предприятий: есть законом прописанные процедуры, когда трижды привлеченная к ответственности за полгода компания не смогла устранить замечания, то её деятельность может быть приостановлена на 90 суток. Это у нас прописано в кодексе административных правонарушений. Две компании у нас были очень близки к тому, чтобы фактически выйти на этот режим, но, тем не менее, справились. На сегодняшний день внимательно следим за их производственной деятельностью. Надеюсь, что мы больше к ним не вернёмся.

— Расскажите подробнее о взаимодействии проекта «Кабель безопасности» с другими государственными органами — надзорными, силовыми.

— Мы, во-первых, очень внимательно изучали правоприменительную практику по уголовному законодательству. На самом деле есть у нас ряд прецедентов в стране, когда возбуждались уголовные дела в отношении недобросовестных производителей, дистрибьюторов, они есть. Я, к сожалению, не могу сейчас широко распространяться, так как здесь имеет место быть практика оперативно-розыскной деятельности, но могу сказать, что два таких обращения от органов внутренних дел мы сопровождаем в настоящее время. Мы видим интерес со стороны органов МВД, они очень активно реагируют на наши обращения, информацию. У нас есть определённые контакты, которые возникли в ходе работы в межведомственных рабочих группах при Госкомиссии, куда входит, естественно и МВД. Зачастую вопросы выявленных нами нарушений привлекают интерес силовых структур, когда рассматриваются через призму коррупционной составляющей, преступных сговоров, деятельностью преступных сообществ и т.д. Поэтому на сегодняшний день интерес со стороны правоохранительных органов к этой проблеме существует, думаю, что в самое ближайшее время мы сможем уже на практике показать всем участникам рынка, к чему могут привести действия, связанные с недобросовестной конкуренцией.

У нас сейчас есть определённые наработки во взаимодействии с Федеральной антимонопольной службой, которая также обладает правами по привлечению к ответственности юридических лиц, которые вводят в заблуждение потребителей о качестве товара. Практики пока у нас такой не было, но мы её сейчас с нашими юристами, начинаем. Мы провели ряд переговоров со специалистами антимонопольной службы. Думаю, в 2018 году мы что-то сможем апробировать в этой части.

— Владимир, расскажите, ситуация с кабельным фальсификатом одинакова во всех регионах России или есть какие-то особенности?

— Ситуация неоднородная, конечно. Там, где сосредоточено внимание: и наше, и дистрибьюторов, и заводов-производителей, местных органов власти, ситуация меняется в целом в лучшую сторону. Отмечу в этом ключе Северо-Западный и Центральный федеральные округа. Среди проблемный регионов я назову Южный и Сибирский федеральные округа. Здесь крайне негативный фон развития ситуации: большой процент контрафактной и фальсифицированной продукции, огромное количество нарушений. Для нас ещё пока остается неизведанным в этом смысле Дальневосточный федеральный округ, где фактически, мы не проводили еще каких-либо мероприятий. Тем не менее, есть договоренность с руководством Межрегионального территориального управления Росстандарта по Дальневосточному федеральному округу, что мы начнём эту работу. Сейчас работаем с базой объектов, которые подвергнутся нашим проверкам. Поэтому в планах на 2018-й год мы делаем некий акцент на тех регионах, где стоит сконцентрировать свое внимание, не снижая плотность работы в тех федеральных округах, в которых наша работа ведется уже давно и успешно.

— Почему в Сибирском федеральном округе и Южном федеральном округе наблюдается высокая частота случаев фальсификации, производства фальсифицированной продукции и продажи фальсифицированной продукции?

— Во-первых, их очень тяжело сравнивать между собой, ситуация немного разная. Южный федеральный округ имеет огромную территорию с большим количеством субъектов. Среди них есть и кавказские республики, где есть всегда своя традиционная специфика. Из-за этого, на наш взгляд, действия надзорных органов в этих регионах, ослаблены, крайне мало испытательных центров, лабораторий. Если говорить про Сибирский федеральный округ, там чуть-чуть другие особенности: в регионе находится большое количество крупных промышленных объектов, куда идут, зачастую, прямые поставки продукции в связи с конкурсной и тендерной политикой, привлечением бюджетных средств. Здесь мы не можем прийти как в магазин и отобрать образцы продукции для проверки. Но мы обращаемся напрямую к этим компаниям и предлагаем им оценить качество продукции, которое поступает к ним по поставкам. Реакция разная, как компаний, так и властей. Я могу привести вам пример. Мы обратились к губернатору Тюменской области год назад с предложением вынести этот вопрос о том, что в его регионе крайне серьезная ситуация по количеству пожаров. Но местные чиновники ответили, что у них в Тюменской области такой проблемы не существует. Но это единичные случаи, чаще всего власти в регионах реагируют очень корректно и адекватно. Например, губернатор Свердловской области выступил заседании итоговой Государственной комиссии с инициативой о проведении как раз пилотного проекта по входному контролю качества кабельной продукции на строительных объектах. Поддержали эту идею Владимирская область, Чувашская республика, Мордовская республика, Самарская область — они обратились к Госкомиссии с просьбой на их территории провести этот пилотный проект. Тем не менее, ещё раз повторюсь, в Сибирском и Южном федеральных округах, в 2018 году мы планируем, всё-таки, уделить больше внимания, сконцентрироваться на тех проблемах, которые там существуют. Ну и, конечно, Крым. Местные власти вышли на нас самостоятельно с просьбой заняться их регионом, идут переговоры, мы ожидаем приглашение на заседание местной региональной комиссии.

— По какому принципу будет осуществлён входной контроль в рамках пилотного проекта в регионах, которые вы назвали?

— В соответствии с решением Госкомиссии мы должны до февраля вместе с аппаратом Минпромторга разработать все эти алгоритмы, разработать методику входного контроля. Она, конечно, в большей степени будет касаться, прежде всего, документарной проверки. В целом, мы думаем, что выглядеть это будет следующим образом: на стадии формирования конкурса будут предъявляться определенные требования к документации, будет осуществляться полный анализ сертификатов на эту продукцию. Мы хотим сейчас создать условия, когда заказчики конкурсов будут оценивать эту документацию по расширенным определённым параметрам. Выявление несоответствий будет основанием к недопуску на конкурс. Это создаст как раз очень хорошие условия для добросовестной конкуренции. Кроме этого, мы создадим некую мотивационную часть для заказчиков работ, когда они могут использовать результаты этих проверок для своих каких-то маркетинговых действий. Если мы на все 100% уверены, что на объекте конкурса поставлен качественный кабель, то мы даем право размещать наш знак «Кабель безопасности», говорящий о качестве и безопасности продукции. Это создаст дополнительные весомые маркетинговые преимущества для этих компаний. Надеемся, что проект покажет хорошие результаты и из ряда пилотных перейдет в стандартную практику, станет нормой для всех регионов Российской Федерации. Это очень объемная работа для нас на весь 2018-й год, которая, отнимет у нас много сил, но это очень правильный, прямой и хороший путь для того, чтобы действительно внести изменения в законодательство и сделать это нормой, на уровне государства, закона.

— Какие совместные действия проекта «Кабель безопасности» запланированы с правительствами Москвы, Московской области?

— Очень большой интерес был проявлен со стороны правительства Московской области, мы неоднократно участвовали в заседаниях региональной комиссии. Мы предложили ввести на территории методику входного контроля на строительных объектах и получили отклик. Есть ряд прямых распоряжений Государственной комиссии, суть которых заключается в том, чтобы в строительном сегменте на стадии формирования договоров поставок включался вопрос входного контроля в качестве обязательной процедуры. Мы передали в Правительство Московской области методику по оценке качества кабельной продукции. На сегодняшний день здесь идёт формирование местных законодательных инициатив обязывающих подрядчиков работ осуществлять контроль качества продукции. Мы видим полный отклик властей и ожидаем, что в 2018 году многое станет реализованным на практике. Что касается Москвы. Здесь реализуются огромные, очень интересные, инфраструктурные проекты, у нас впереди проект реновации, сейчас фактически заканчивается проектная улица, идёт очень активное расширение транспортной сети. Естественно, мы не можем здесь стоять в стороне, видим в том числе, что есть определённые тревожные моменты. Мы пошли по такому же пути — мы обратились к мэру города Москвы Собянину. На сегодняшний день наш вопрос внесён в повестку заседания региональной комиссии, она должна пройти в первом квартале 2018 года. Мы будем предлагать Москве такой же пилотный проект реализовать на тех объектах строительства, в первую очередь, куда привлекаются бюджетные средства. Мы за счёт средств проекта предложим Москве выборочно проверить качество используемой продукции на ряде объектов — это объекты инфраструктурного строительства, объекты социальной направленности, жилое строительство, аварийное жильё и так далее. По результатам этого пилотного проекта мы предложим конкретные решения. Резюмируя, могу сказать, что внимание Москвы и Московской области со стороны властей к этой проблеме и понимание самой проблемы есть, мы активно сотрудничаем. Я думаю, что мы выйдем на формат соглашения о сотрудничестве в 2018 году.

— В самом начале нашего разговора мы обсудили цели проекта «Кабель безопасности» и достигнутые результаты. Когда, по вашей оценке, будет достигнута цель проекта? И что вы будете делать после её достижения?

— Действительно, очень большие ожидания от участников рынка. Это, конечно накладывает большой отпечаток на нашу работу, мы видим, что впервые, за последние годы наметился какой-то сдвиг и все очень ждут окончательного результата. Думаю, все понимаю, что очень много факторов влияют на успешность и реализацию этого проекта. Если со своей личной позиции я скажу, то это 2019глд, Почему этот срок? Потому что, во-первых, те алгоритмы, те процессы, которые мы запустили, они должны не просто начать работать, они должны превратиться в некую устойчивую форму воздействия на рынок. Это раз. Второе — нам необходимо в течение 2018 года реализовать этот пилотный проект, заявленный государственной комиссией, а в 2019 году нам предстоит очень большая работа по реализации законодательных инициатив. Надеюсь, где-то к этому времени наши усилия приведут к действительно серьезным уже оформленным на всех уровнях вещам, говорящим о цивилизованности и грамотно выстроенной конфигурации рынка. К чему мы и стремимся, реализуя проект «Кабель без опасности». А вот когда это случится, откроется очень много вопросов отрасли, которые нам надо регулировать. Это, конечно, вопросы зависимости от оборудования, вопросы интеграции, развитие новых направлений, вопросы, связанные с научными изысканиями, инновации и т.д. Это очень интересный круг вопросов, которым я бы с удовольствием, например, лично занимался. Но на сегодняшний день всё моё внимание практически сосредоточено на решение вышеупомянутых вопросов в рамках проекта «Кабель без опасности».

Источник здесь.